?

Log in

No account? Create an account
 
 
05 April 2009 @ 07:14 pm
Детство в коммунальной квартире - 3  
Продолжение. До школы.


 

Другое огорчение из детства: это когда я узнал, что по облигации мы выиграли велосипед, и вместо него были всяты деньги. Я был постарше и велосипед был мне очень нужен: у меня был «школьник» и я из него вырос. Но своего велосипеда песле этого у меня так никогда и не было.

История эта была связана, конечно, с острой нехваткой денег. Но, вероятно, и с неумением деньгами управлять. На всю жизнь я запомнил обсуждение бабушками, у кого бы «перезанять» денег, чтобы вернуть «бесконечный» долг предидущему кредитору. Денег, действительно, в семье было мало, хотя я не очень понимаю почему – тогда с нами жил мой отчим Саша, который был чем-то вроде освобожденного секретаря или парткома или месткома худфонда (насколько я понимаю) и должен был что-то зарабатывать. Правда с мамой он не был зарегистрирован – но вряд ли это что-то меняло: жил то он с нами, и невзрослых детей у него вроде бы не было.

Остальные доходы были невелики: мама тогда была мастером бригад оформителей ВСХВ, бабушка Вера – служащей военкнижторга, а потом на пенсии (почти минимальной), а бабушке Лиде пенсию платил ее брат – Борис Владимирович Иогансон: помню ежемесячно приезжавшего его шофера с конвертом. По празникам этот же шофер привозил шикарные коробки конфет: особенно я любил из них шоколадные бутылочки с «ромом». Бабушка сколько-то лет была няней своего племянника, Андрея Борисовича Иогансона – и из-за разрыва в стаже (и проблем найти концы от завода, где она работала клепальщицей во время войны) государственную пенсию получить не могла.

В эти же годы были распроданы по букинистическим магазинам масса книг, которые в свое время дставала бабушка Вера – подписки, получаемые через ее работу: военкнижторг. Так я и провел все мое детства с отдельными только томами собраний сочинений. Это были или первые тома, потому что дальнейшие выпускаемые тома не выкупались, или наиболее потрепанные тома, которые не брали в букиинистических магазинах. С чем был связан такой резкий перепад в количеством денег в нашей семье? По времени это был я думаю 1952? Может с ухожом моего отца? Или с его смертью несколько лет спустя – он ведь наверняка платил алименты. Не знаю...

Росли мы с братом Митей, который был (и остался J ) на 5 лет меня старше. Как это часто бывает в семьях с детьми одного пола и не очень большой разницей в годах, отношения в детстве у нас были неважные: он обижался, а я обижал – больше, правда, знаю это по рассказам, чем помню.

Кроме упоминавшихся родственников отца (мы иногда ездили к дяде Герцу, при и отце), помню и гостей у нас дома и детские праздники. Последние, особенно, у Иогансонов в громадной квартире на Масловке. А также – и них на даче, в Абрамцеве. Видно технические наклонности у меня обнаружились рано, потому что особенно запомнизся мне в гостях радиоприемнок Мир. Видимо я был еще совсем маленький, потому что смысл приема радиостанций мне определенно был еще неясен, но сам факт, что вращение ручки настройки вызывает странные меняющиеся звуки меня поражал и очаровывал. Также помню патефон с ручкой сменными иглами и пластинками. Телевизора тогда у Иогансонов не было – первый телевизор я помнь у деде Сергея – маминого отца (разошедшегося с бабушкой бесконечно давно), который жил в микроскопической комнатке почти на колокольне здания церкви на петровку. Также, удивлял контраст с огромной квартирой на Масловке. А ведь дед Сергей был кем-то вроде замминистра – сельскохозяйственного машиностроения, кажется.

На детских праздниках я часто вел себя плохо: возбуждался, буянил, обижил других детей... Другие гости – это дом тети Марины – Марины Викторовны Мендиэтта/Гейман, с которой у меня осталась дружба на всю жизнь...

Бабушки мне читали и поэтому, хоть читать я и умел давно, по-настоящему самостоятельно читать я стал довольно поздно, где-то уже в школе. Помню, как я заставлял бабушку Веру чинать инструксию к радио-конструктору или какую-то другую техническую книжку – мне было, наверное 6 лет. Я спрашитвал: ты понимаешь? Она отвечала «да» и я задавал проверяющие вопросы и обижался на обман и высмеивал ее... В те же годы, она еще работала, и, возвращаясь с работы часто покупала мне в радиомагазине какую-нибудь деталь – помню тумблеры и переменные сопротивления. Помню мое расстройство, когда я пытался управлять такими переменными сопротивлениями электрической лампочкой, включенной в сеть – выходил только дым и искры. На меня производили сильное впечетление очень плавно гаснущие лампочки в соседнем кинотеатре Перекоп и я хотел сделать что-нибудь подобное дома.


 
 
 
Fima F.wet_kimono on April 6th, 2009 03:10 pm (UTC)
.
dipetriodipetrio on March 5th, 2013 05:48 pm (UTC)
Я встречал Андрея Борисовича Иогансона в 1990 году в селе Старосолдатское Омской области. В туберкулезной больнице. Он уже в лечении не нуждался, но жить ему было негде. Хотелось бы знать, как сложилась его судьба.
Misha Furmanmishafurman on March 5th, 2013 07:29 pm (UTC)
Судьба сложилась грустно но все детали я не знаю. Игорь, его сын (и мой брат - 3-рдный) жив и более итого здесь в ЖЖ - его совестный с Мариной Перчихиной экоунт - "mpmouse" - Вы его можете увидеть в списке моих друзей. В свои нечастые приезды в Москву я обычно с ним вижусь. (Андрея-то я помню только ребенком)...
В 1990? Вы уверены? Я считал, что он умер гораздо раньше...