?

Log in

No account? Create an account
 
 
18 November 2008 @ 08:55 pm
Записки программиста.  
                    Кронрод (2)



Так как мой предидущий кусочек воспоминаний о Кронроде слишком уж перелился в воспоминания о самом себе, я решил ответвиться. Собственные воспоминания – когда-нибудь продолжить, а постараться написать что-то больше о Кронроде.

Для затравки - начал искать воспоминания и ни одно из двух, известных мне не нашел. Статья Яглома и Ландиса (кажется, в успехах математических наук) стала недоступной из интернета, и сайт Адельсона-Вельского тоже не работает. Зато я нашел статью – воспоминание В.М.Тихомирова в Математическом просвещении:

http://files.school-collection.edu.ru/dlrstore/d62fbafc-a780-11dc-945c-d34917fee0be/64_mp6.pdf

Там также есть и статья о Коле (Николае Николаевиче) Константинове и статья самого Коли – одного из замечательных и незаурядных людей, с которым я познакомился (как и с многими другими) благодаря Кронроду и у него дома.

Александр Семенович Кронрод был человеком совершенно не заурядным. Крупный и талантливый математик, отвоевавший и дважды раненый на войне он решил заняться прикладно математикой и, позже, программированием. Занятие вычислениями и в частности, вычислениями для создания ядерного оружия, было, как я догадываюсь вспоминая наши с ним разговоры, решением отчасти идейным – он, как и очень уважаемый им А. Д. Сахаров верили тогда в необходимость ядерного паритета, считая, что наличие столь смертоносного оружия у двух, да еще противостоящих друг другу стран, сделает для всех очевидным бессмысленность войн. Мне кажется, что он продолжал в это верить и тогда, когда мы с ним познакомились – в 1966, наверное, году, когда он давно уже занимался более мирными делами – заведовал математическим отделом в институте теоретической и экспериментальной физика – ИТЭФ-е, хотя и засекреченным, но причастным в основном к «мирному атому».

В то время АС уже страдал маниакально депрессивным психозом, котя и в слабой еще форме; потом с годаме ему становилось хуже и хуже. Многие из моих старших друзей, которые знали его давно, говорили мне: «Эх, Миша, жаль, что ты не знал его давно, когда он был совсем здоров. Сейчас он может разве что половину того, что мог тогда»

А мог АС действительно много. Кроме острых математических способностей он обладал еще и собирать вокруг способных людей и помогать им и поддерживать их, стимулирую к творческой работе. Не один человек, например, подмечал его привычку, подсказать идею или даже решить половину задачи за того или другого из его учеников, а потом отходить в тень, как будто он здесь непричем.

Могу и дальше перечислять превосходные эпитеты – но это будет звучать странно. Не раз в жизни я видел людей, обладавших выдающимися способностями разного родп, но Александр Семенович Кронрод бул неповторимым созвездием таких способностей.

Мы немало работали вместе. Ученика – метематика, правда из меня не вышло, хотя АС и пытался – я с грехом пополам решал иногда даде довольно трудные задачи, но способностей и/или энтузиазма решить хоть одну по настоящему трудную или нерешенную – у меня не хватило. А вод с программировинием – инженерным делом – я был вполне в ладах. Мне даже лестно называть АС-а мойм учителем и в этом, но это было бу только частичной правдой: сновному в ту пору я научился у моих первых учителей Андрея Лемана и Гема – Гергия Максимовича Адельсон-Вельского, да и самостоятельно – читая немногие доступные книжки и находясь под эйфорией всего этого.

Предполагалось, что я буду работать у АС-а на официальных и постоянных правах, но это не случилось. Сначала был разогнан его отдел в ИТЭФЕ, в отместку за подпись на письме в защиту А.С.Есенини-Вольпина (многие подробности это истории можно найти на интернете). Надо, кстати, сказать, что уволили-то одного АС-а (несмотря на отказ это сделать тогдашнего директора Абрама Исаковича Алиханова), а все его сотрудники уволились сами (я помню расписание, кому в какой день подавать заявление об уходе). Идея была воссоединиться, но советская власть активно этому воспрепятствовала.

Потом, когдя я кончал институт, в ЦНИИПИ (Патентной Информации) возник конфликт, и тамошний заместитель директора (как сейчас помню, Борис Константинович Борисов) готов был взять меня на работу в любой отдел, но только не к Кронроду. Так что, хотя я и общался много и работал неофициально с АС-м, основная моя работа была в стороне – правда, надо сказать, среди людей из бывшего его коллектива –тогда это был ИАТ (Институт Автоматики и Телемеханики), позже переименовавшийся в ИПУ (Институт Проблем Управления), руководил которым (сначала лабораторией, а потом отделом) Володя Арлазаров.