Одно замечание про мой журнал: я не рассматриваю здешнее понятие "friend" как объявление дружбы/симпатии/поддержки - я "зафрендливаю" (не могу к этому русскому слову привыкнуть :-) ) исключительно из моего удобства чтения. Например, я нередко читаю других не делая их friend-ами и могу кого-нибудь "расфрендить" просто потому, что информации слишком много, что
делает неудобным чтение других. Это совершенно не обязательно означает, что я перестаю его/ее читать и тем более не означает что я пересаю его/ее уважать или выражения каких-нибудь отрицательных эмоций.

Замечания:
 - Просьба не присылать мне рекламу (или использовать данные из журнала для этой цели). Это раздражает и совершенно бесполезно с практической точки зрения!
 - Запертых записей у меня нет (в данный момент) и я не планирую их создавать.

Если кому интересно - не стесняйтесь комментировать хоть иногда - мне же тоже интересно :-)

Для удобства я открыл комментарии к этой записи, но сделал их невидимыми (screened) - здесь Вы можете послать мне персональное сообщение.


Еще: Если я что-то помечаю "личное" - это только означает, что я не уверен, будет ли это интересно читать не самым близким людям. Но никакой идеи ограничивать круг читателей у меня нет.

Под цензурой я имею в виду весь налаженный механизм вычеркивающий фразы и куски из печатаемых в СССР произведений, а то и не разрешающий печатать целые произведения. То есть не только Главлит - главный орган, подписывший книги и журналы к печати, но и все остальные инстанции - редакции и.т.д., вероятно часто делавшие основную "работу".

Сам я никогда ничего кроме научных (скорее, технических) статей не печатал, и сталкивался только с самой странной формой цензуры - с экпертной комиссией, которая была при каждой научно/технической организации. Чтобы сдать в печать какую-нибудь статью нужно было ловить членов (или председателя? не помню) этой комиссии и подписывать бумагу, которая называлась "акт экспертизы". Содержание этого акта было довольно смешным: там говорилось, что предлагаемая к печати статья не содержит ни открытий, или изобретений и вообще ничего нового :)

Но, вспомнить я хочу не об этом, а о двух случаев цензуры по отношению к стихотворениям, которые я когда-то давно случайно заметил и поразился тонкости этого механизма: то что было выброшено, не имело никокого прямого антисоветского или другого идеологически противоречищего смысла.

Первым промером было книжка Андрея Вознесенского, кому-то подаренная автором, которую мне когда-то (очень давно) дали почитать. В нескольких местах там были строчки вписанные автором чернилами - почти уверен, что они были удалены при принятии к печати. Я не большой поклонник Вознесенского, но одна такая сточка, не напечатанная, меня удивила. Это было стихотворения, кончающееся [воспризвожу по памяти, как и дальше]:

......... и песенку:
летят вдали\
красивые осенебри.

И вписано было:
а лишь на землю упадут -
их человолки загрызут.

Интересная логика... Слишом отрицательные образы слеует удалить, чтобы они не ассоциировались с существующей системой или властью. "У нас все счастливы, и никто никого не грызет".


Другое - из поэта, которого я всегда любил - Давида Самойлова; читая в книжке стихотворение "Смерть Ивани Грозного" я обнаружил отсутствие кусочка, который был заменен чем-то нейтральным
(стихотворение я слышал в исполнении автора, в магнитовонной записи. Да и на пластинке, вышедшей применно в это же время этой правки не было):

............................
А, может вовсе не надо царей,
что хочешь, твори,
что хошь, говори,
сами себе цари,
сами государи.

То есть, не следует упоминать даже в такой фантастической форме о возможности свержения власти (все равно какой) и свободы делать и говорить все, что хочется!

Оба эти случая относятся к моей ранней юности. Они помогли мне лучше чувствовать и понимать, где я живу.

Александр Подрабинек: Благодарю и отказываюсь Открытое письмо президенту Польши Леху Качинскомую

podrabinek.livejournal.com/42869.html

Удивительная (и довольно гадкая) история: трудно поверить.

Грусто, что в Польше такое могло случиться.

В свое время я не посмотрел этот фильм по нескольким причинам. Сюда входил и некоторый ажиотаж по поводу его выхода (подобное всегда меня отталкивает). И - потом - мерзкое интервью Мамонова, кажется, украинскому телевидению. И какие-то не очень приятные ассоциации связанные с единственным моим пересечением с режисером - 40 лет назад ( :) )...

А тут, вчера вечером процесс настройки и тестирования NETFLIX интерфейса моего blu-ray плейера закончился тем, что я посмотрел этот фильм до конца (с вычетом кусочка где-то в начале, что я думаю, несущественно). И фильм мне понравился. Более того, даже произвел впечетление - что давно уже со мной бывает не часто (особенно учитывая, что я и кино то почти не смотрю :) ).

А на утро, проснувшись, понял пару шероховатостей.
Одна - первые кадры. Отвратительны - на мой взгляд чуть переиграны. По - с другой стороны, понятна цель - несколько ошеломить зрителя, чтобы он не забывал об этом начале в течении всего фильма.

Другая - развязка, конец. Решающими для главного героя являются два факта: что жертва его убийства волею случая выжала и что он прощен. По моим представлениям второй факт должен был буть в этой ситуации несравнимо важнее первого; первый вообще то почни несущественнен. А в действии я даже не сразу и сообразил/вспомнил, что адмирал (или кто он там) сказал, что давно его простил...
Но, возможно, это недостаток моего восприятия...

Но в общем-то фильм по моему мнению очень хороший. И операторская работа тоже очень хороша.
Возможно даже, что я пересмотрю его еще один раз - но через некоторое время.

Ненавижу "семейные секреты". Собственно то, что я имею в виду и не секреты вовсе; про настоящие секреты никто не знает и они как бы не существуют. А то, о чем я говорю - это псевдо-секреты: вещи, про которые многие или знают или догадываются, но которые избегают не то что обсуждать (что иногда естественно, по соображениям тактичности - типа "в доме повешенного не говорят о веревке"), но даже упоминать, притворяясь, что их не существует.

Йодистый азот

Это была замечательная забыва (с химическим уклоном) - рассыпать где-нибудь, где ходят, йодистый азот. Самые смелые иногда делали это в школьном коридоре :)

Приготовление тривиально (но ни в коем случае нельзя делать в большом количестве - опасно) - йод (лучше кристалы, которые можно было "одолжить" в химическом кабинете, но получалось и с спиртовой настойкой, хотя и похуже) заливался нашатырным спиртом и выливался на простейший фильтр из промокашки (кто-нибудь помнит, что такое промокашка? :) ). И затем, мокрый твердый остаток рассыпался по полу. Обязательно надо было рассыпать - если он высыхол в заметном кольчестве, то взрывался от малейшего шевеления и гораздо сильнее, чем маленькие крупинки на полу, когда потом на них настыпали. Но и крупинки под ногами взрывались очень эффектно!

Другой черезвычайно детонирующий состав - это смесь красного фосфора с бертолетовой солью - его, кажется и сейчас используют в детских пистонах и хлопушках. Как-то, я помню, осторожно смешивал эти ингридиенты в очень маленьком количестве на листе бумаги и рука у меня дрогнула. "струйка" порошка посыпалась вниз и, к моему удивлению, загорелась пока летела - от трения о воздух.

Замечу еще раз, что подобные эксперименты можно делать только с очень маленькими количествами веществ - типа "на кончике ножа". И, лучше, с кем-нибудь, кто имеет опыт. Скажем, столовая ложка, я думаю, может и руку если не оторвать, то заметно покалечить. Про йодистый азот я такую историю (с серьезно искалеченной рукой) слышал, кажется, от учительницы химии.

Кронрод. 5.

Общение с семьей Кронродов началось с началом моей работы на кафедре теории чисел и вычислительной математики ( Read more... )

Недавняя дискуссия о семейной жизни напомнила мне давние периоды моей жизни. И - как это бывает, приятные воспоминания сочетаются с грустными.

(предупреждение: много персонального: не факт, что для всех это интересно)

Был это, наверное, 1975 год, весна - Фиме, нашему единнственному тогда сыну был 1 год. ( Read more... )

I love to read/listen news in the morning. And sometimes find something interesting.

This is from Yahoo news:

Rivals on the dating scene could make one feel closer to God, according to new research that suggests one's religiousness may be more closely related to mating strategies than previously known.

In experiments with 269 college students, researchers found that both men and women apparently felt more religious when they saw attractive potential competitors.

Full article: news.yahoo.com/s/livescience/20091116/sc_livescience/romanticrivalriesstirreligiousfeelings

Александр Подрабинек.
На изломе эпох. Диссиденты.

podrabinek.livejournal.com/41934.html

Рекомендую прочитать:

Александр Подрабинек "На изломе эпох. Восточная Европа"
podrabinek.livejournal.com/41547.html

Лев Рубинштейн "Вечная мерзлота"
grani.ru/Politics/Russia/m.161896.html

www.ng.ru/ideas/2009-11-09/9_respublikanets.html

 Спапсибо Фиме (wet_kimono ) за ссылку.

"... Незбывшееся зовет нас ..."

Интересно, что всегда в моей жизни значительную роль занимали сны. Даже и сейчас, под старость, хоть и вижу я запоминающиеся сны редко, некоторые из них оставляют сильный эмоциональный след.

Особую роль играет "география" снов. Существует некоторое количество местностей (где происходит действие сна), которые перекачевывают из одного сна в другой и часто сопутствуют ощущением "продолжения", когда (во сне) вспоминаешь сюжеты предидущих (часто очень давних) снов.
Впрочем, собственно, сюжетов, как в литературных произведениях, почти не бывает. Даже активные действия (а не просто, скажем, перемещение или переживание его-то происходящего) бывают крайне редко.
В детстве и юности я много переживал, когда просыпаясь (или позже) чувствовал впечетление от сна, но совершенно не мог вспомнить его содержание. Еще в почти детстве, прочитав несколько книг Фрейда, я пытался анализировать как свои сны вообще, так и эти, которые что-то не дает вспомнить (некоторые все же изредка вспоминались). Но, безуспешно (чужие сны иногда удавалось толковать по фрейду идеально, выделяя замаскированную эротическую фантазию).

Что касается "геграфий", то они были устроены достаточно просто. Вспоминая и размышляя я в большинстве случаев обнаруживал знакомые (по реальности или фантазии) места, обычно сильно искаженные и усложненные. Например, первую половину жизни, которую я провел в основном в Москве это часто были или абстрактный "запад" - иногда отделенный от меня преградой, которую я преодалеваю (вероятно навеяно рассказами о Берлинской стене) или усложненные и превращенные в подобие лабиринтов районы Москвы (иногда внутренности домов). Теперь, живя в Америке, это часто тоже подобная трансформированная Москва или другие места. Причем многие детали этих "трансформаций", "лабиринтизаций" переходят в продолжения, что особенно завараживает: места (а иногда и события) снов чувствуются как отдельные "миры"; повторения придают им реальности и иногда хочется туда "вернуться".

Никогда не знаешь, действительно ли вещь объективно хороша (то есть, не только для меня, а для многих; я говорю в основном о произведениях искусства) или они просто связано с какими-то специальными моментами моей жизни и поэтому мне так запомнилась... Поскольку отношение меняется со времени, я часто об этом задумываюсь.

Скажем, книги - в детстве я любил "Два капитана" Каверина. Когдя я читал ее впервые я, конечно, совершенно не понимал, насколько уродливо, "соц-реалистически" изображено там общество и окружение главных героев. А во взрослом состоянии, пытаясь перечитывать, стал также подозревать, что и литературные качества этой книги оставляют желать лучшего, по край ней мере, местами. Но, некоторое обаяние для меня эта книга сохраняет.

Впрочем, отношение меняется очень по-разному. Самый сильный для меня пример - это ксп-шные песни. В возрасте 15-18 лет, вечером у дымящегося костра, нравилось практически все. Особенно, если там были какие-нибудь слова про любовь - это особенно привлекало в этом возрасте поиска и узнавания жизни. Потом, после перерыва... Не раз приходилось слышать незнакомые песни - или живьем или в записи. И, в большинстве случаев, я поражался, как это плохо! К большинству знакомых я тоже немало охладел, но что-то (исключая общепризнанных поэтов/певцов) все равно осталось со мной. Скажем, ранние песни Клячкина или Городницкого (поздние песни Клячкина, близкие к "Широка страна моя...", только про Израиль, на мой взгляд ужасны. И позднюю поэзию Городницкого я не люблю).

С другого конца, скажем, Александр Грин или Стругацкие (интересно, что мои примеры исключительно к моему знакомству с произведениями в возрасте 14-18 лет; вероятно в этом аозрасте или сразу после меняешься сильнее всего). У Грина многое продолжаю иногда перечитывать, хотя осознаю и, местами, наивность, и влияние, скажем, эдгара По или Амброза Бирса.

И - Стругацкие. Все равно, многое люблю. Хотя вижу и литературные грехи, и, что особенно меня поражает (и раздражает), особенно сейчас, в репликах Б.Н. (я, кажется, писал об этом), элементы - как бы это сказать, романтического коммунизма. Надо бы, кстати, перечитать "Хромую Судьбу" - произведение, которое мне понравилось в более взрослом возрасте. Интересно, насколько изменится впечетление о нем.

Примеров, конечно, гораздо больше...

Использование "серы" от спичек в качестве замены пороха.

Сера, соскабливаемая с головок спичек представляла собой неплохое взравчатое вещаство. Насколько я понимаю она состояла (а, возможно и сейчас состоит) из смеси бертолетовой соли и серы и еще чего-то. Надо сказать, что описываемые игрушки представляют некоторую опасность. Хотя о несчастных случаях непосредственно с нами я не слышал, однажды я был свидетелем, как у одного подростка в руках взорвалась "поджига" - подобие самодельного пистолета, заряжаемого серой от спичек (его я описывать не буду). Взрыв был незначительный, но разорвавшаяся металическая трубка (ствол) слегка разворотила ему мякоть ладони. К счастью, недалеко была больница, куда он и побежал, зажимая чем-то кровоточащую руку.

Я говорю о белее безобидных игрушках. Об одной из них мне (тут в коментариях) напомнил Игорь - он назвал ее "самодрачкой": два болта ввинчиваются с двух сторон в достаточно большую гайку, предварительно помещая серу от спичек между ними. Эта конструкция блосалась в стену или на асфальт и при удаче раздавался довольно громкий хлопок.

Другая конструкция делалась из ключа от шкафа (с несквозным отверстием в торце), затупленного гвозды подходящего по диаметру к этому отверстию и веревка привязанной к гвоздю около шляпки и к колечку ключа.
В ключ набивалась сера от спичек и вставлялся гвоздь. Затем надо было взять веревку за середину, придержать эту конструкцию, чтобы она не развалилась, размахнуться и ударить той стороной, где гвоздь, о стенку.
При удаче, кроме звука взрыва, можно было увидеть и искры.

[некоторые могут быть слегка опасны,е, осторожно]



1. Вертолетик. Дернешь за веревочку и пропеллер улетит вверх. Позже появились такие готовые игрушки, но в те времена (50-е годы) я подобных не видел.

                         "Барыня: а я то думала, что революция это чтобы не было бедных..."
                                                                    из анекдота/притчи

Машинально слушаю по дороге новости (американские, NPR) и недоумеваю: провительство хочет урезать зарплаты руководителей фирм, которые получили недавно (и не вернули) помощь от правительства.

Пришла.

Hungarian Notation

[Комментарий к замечанию Абу Антось (syarzhuk) к моему более раннему посту